#РАКНЕВИРОК: арт-менеджер Алена Воробьева – о болезни и о том, как она научилась любить себя

Издaниe UA и   «Фoнд   Ринaтa Axмeтoвa»   зaпустили   прoeкт #РAКНEВИРOК. Eгo гeрoи   – жeнщины, пoбeдившиe oнкoлoгию, a тaкжe врaчи и псиxoлoги. В сeрии мaтeриaлoв нaши гeрoини дeлятся свoими истoриями, призывaют вeрить и бoрoться тex, ктo сeйчaс прoxoдит лeчeниe, и гoвoрят o вaжнoсти рaннeй диaгнoстики и   псиxoлoгичeскoй пoддeржки. Нa этoт рaз свoю истoрию рaсскaзывaeт aрт-мeнeджeр изо Xaрькoвa Aлeнa Вoрoбьeвa, кoтoрaя в   38 лeт   стoлкнулaсь с диaгнoзoм «рaк мoлoчнoй жeлeзы».   Aлeнa выпустилa aрт-бук «Мистeцтвo жити під чaс xіміoтeрaпіі» (oн вышeл в издaтeльствe   «Вівaт»), гдe oткрoвeннo рaсскaзaлa истoрию свoeй бoлeзни.

Плaтьe, Anna October (tsum.ua); брaслeт, Marni (tsum.ua)

Лeтoм 2019 гoдa я нaщупaлa уплoтнeниe в буфера   и бoльшe мeсяцa зaстaвлялa сeбя пoйти к врaчу – всe oтклaдывaлa.   Нo быть этoм пoдeлилaсь свoими пoдoзрeниями   с   13-лeтнeй дoчeрью. Чeрeз кaкoe-тo врeмя в шкoлe   им рaсскaзывaли   прo oнкoлoгию – и дoчь пoзвoнилa срaзу жe пoслe   урoкa: «Oбeщaй, чтo в пoнeдeльник пoйдeшь к врaчу». Кoгдa я шлa нa приeм, внутрeннe былa гoтoвa услышaть чтo-тo нexoрoшee. В   тoт мoмeнт зa мeня пeрeживaли сeстры и пoдруги, нo чтo интeрeснo:   сaмa я вoлнoвaлaсь нe o сeбe, пeрвaя уточнение былa – «бoжe, чтo я скaжу детьми!» Мне было   неловко   изо-за того, что могу поделаться   обузой для своей семьи.

1 октября ми поставили диагноз, а 4 ноября я сейчас приступила к   первой   “химии”. И тот и другой вид онкологии лечится соответственно определенному протоколу, в моем случае предполагалось четверка “химии” до операции, четверик –   после, и 25 курсов облучения. Разом) же после первых “химий” азы «шалить» печень, упали цифирь, и пришлось делать паузу.   Знаю далеко не понаслышке, что многие нате этом этапе   бросают курация, но химию нужно порваться. Часто пациенты не   выдерживают тошноты   – что надо, что мне в частной клинике порекомендовали таблетки, которые ее купируют. Они действительно спасали меня – я даже подумала, аюшки? если когда-то смогу реализовать свой фонд, то обеспечу ими всех больных. Они баснословно дорогие, но помогают.

В 16-й день после первой химии выпали патлы, и вот тут проявилась психология. Положительно, мне был не неизвестно зачем страшен рак, как тезис о том, что я облысею. В таком случае есть я на себе прочувствовала дело   стереотипа, мол, если у меня пожирать волосы, грудь, яичники – всего только тогда я женщина. Нет, сие не так! И я   по-своему в (высшей степени благодарна опыту этой болезни. Скандал онкологии обрастает печальной статистикой соответственно причине того, что ты да я забываем о себе и тянем минута. Рак научил меня влюбиться в кого себя.

Платье, Anna October (tsum.ua); туфли, Bimba Y Lola (tsum.ua); запястье, Marni (tsum.ua)

В процессе   лечения я вдоволь читала о болезни и размышляла   о подавленных эмоциях. Поняла,   словно необходимо разрешать себе ютиться разные чувства. Нужно мочь обозначить: я сейчас злюсь, ми сейчас больно. Уже потом постановки диагноза врач спросил, что такое? со мной происходило давно этого, были ли какие-ведь стрессы. Да,   тогда я воистину переживала сложное расставание и инда не позволяла себе выплакаться.

Вот время операции мне   окончательно   удалили   правую   грудь и   яичники. Сие очень важный месседж, тот или иной я хотела бы донести онкопациентам: соглашайтесь сверху все, что рекомендует вас врач, если вы доверяете своему доктору, (без. Анджелина Джоли сделала неискаженно, когда приняла решение об удалении яичников и маточных труб с-за риска развития саркофаг. Когда находят рак дойки, есть опасность, что «в игре» будут и яичники. Я бешено доверяла врачам, и они объяснили, что такое? те необходимо удалить.

Нет слов время лечения очень   животрепещуще, чтобы рядом были профессиональные   психологи. Да и только, врач не должен совершать его функцию, и   семья без- должна –   откуда близкие знают, по образу переживать страдание и горе?  

Метаморфизм лечения был долгим   и непростым, следовательно близкие люди приходили и уходили волнами. Держи самом деле у моей онкологии длинная оказия: 20 лет назад стараться груди заболела моя 37-летняя родимая. Узнав диагноз, она   испугалась и сказала, сколько не будет   лечиться. Ми было 16, и через пара года, к сожалению, мама умерла… Следовательно я прошла через этот заматерелость еще и с позиции человека, который-нибудь был рядом с тем, кто именно болел – я помнила, как сие сложно, поэтому заранее прощала всех, кто именно перестанет со мной якшаться, кто не выдержит. Позднее выздоровления я написала книгу о томишко, каково было мне, да на самом деле   нужно нацарапать книгу о том, как тем, кто именно по другую сторону баррикад.   Терапия изматывает, ты превращаешься в капризного ребенка. А близким   не полагается быть слабыми   и нельзя фигеть от этого. Так что-нибудь я   благодарна   тем, кто поблизости, но не обижена нате тех, кто отдалился. Безмерно помогали две мои младшие сестры, которые переехали ко ми на время лечения. А своим дочерям (им было 14 и 16 полет тогда)   еще в начале лечения я сказала: “Я отстраняю себя ото должности   вашей матери и объявляю себя вашей сестрой!”   Я плотски   не могла включаться в их положение. Мое состояние было таким осколочным, возбудимым, напуганным… Я была что человек-фейерверк, ох, отчего со мной творилось!

Одежонка, Anna October (tsum.ua); туфли, Bimba Y Lola (tsum.ua); браслетка, Marni (tsum.ua)

Во промежуток времени лечения очень   важно, дабы рядом были профессиональные   психологи. Не имеется, врач не должен производить его функцию, и   семья неважный (=маловажный) должна –   откуда близкие знают, ровно переживать страдание и горе?   В самые сложные моменты ми помогала мой психолог Енюша. Потому что никто с близких не хотел бредить со мной о том, фигли я могу завтра умереть. У меня упали данные печени, и врач предупредил, почему наступают   кризисные 24 часа. Я звонила друзьям и говорила: «Вот спирт, тот самый момент, побудь со мной. Поговори со мной, лишних) меня завтра не достаточно?» Вы же завтра будете переворачивать мой фейсбук, вспоминать меня – наворачивать шанс сейчас сказать важное. Так никто не захотел быть в ударе об этом.   Все отвечали: «Алена, вот именно ты что, успокойся!» В итоге я позвонила своему психологу и сказала: «Женя, я плачу тебе средство обращения, поговори со мной о моей смерти». Сделано сейчас, оглядываясь назад,   я понимаю, как будто это был классный с утра до ночи, когда я познакомилась с мыслью о своей смерти и перестала ее дрейфить. И дальше все пошло кверху. Я бы не смогла весь эти мысли   проговорить с подругами неужели детьми, а с   психологом сумела просидеть «некрасивую» себя – и это было весть важно для лечения.  

В нашем обществе карцинома – это как темная классная, в которой ты боишься заключить свет. Я за то, для того чтобы говорить, что все что ль, что рак излечим – и заключение) эту тему   из темноты

Поверстно хочу сказать о   жалости – подчас видишь   ее в чьих-ведь глазах, это подкашивает. Как ни странно: после химии ты прозрачнее бумаги, каждое веяние ветерка тебя сметает. Хотя жалость обессиливает еще значительнее   – поэтому посты в фейсбуке о болезни я стала записывать именно для того, чтоб сказать:   да, я больна, да я в игре. И постепенно публичность стала   строить чудеса. В какой-то этап меня начало это толкать: я поняла, что хочу здравствовать. Для хорошего исхода важна здоровая спина – а для этого нужно басить о болезни   публично. Плюс весть важно не оставаться одной. Мало-: неграмотный молчать   и чтобы кто-ведь был рядом. В нашем обществе новообразование – это как темная каморка, в которой ты боишься заключить свет. Я за то, в надежде говорить, что все к тому идет, что рак излечим – и во эту тему   из темноты.

Канцер склонен возвращаться. Отныне дьявол всегда где-то плечо в плечо. “Я здорова”   можно будет сообщить лет через пять. В ту же минуту я   в ремиссии, но не говорю “я здорова”,   ми не нравится формулировка “симпатия   победила рак”. Каждые три месяца я должна контролироваться. Это напоминание помогает котировать то, что есть. А то как же,   паранойя присутствует, но после всего каждого обследования мне получше. Звучит невероятно, однако   я благодарна   болезни:   последние двоечка   года были   не не стоит мизинца предыдущих   лет моей жизни. Я прожила   их с экий-то особой чуткостью и глубиной. Будем надеяться, меня поймут   правильно: я озвучиваю сие, чтобы развеять мифы о болезни. Возлюбленная   научила любить себя – с изменившимся веточка я стала еще больше сердце наполнилось (налилось) (желчью себя женщиной.

Узнать более всего об инициативе #РАКНЕВИРОК, а равным образом поделиться своей историей выздоровления дозволено на   странице проекта.

По-над проектом работали:

Текст: Дарюша Слободяник, Виолетта Федорова

Видео: Polina Grebenik

Фотка: Danil Kaistro

Стиль: Anastasiia Yatsenko

Подкраска: Vitalia

Прически: Yevgeniya Kozlova

Помощник стилиста: Lesya Pak

Сет-проектирование: Tanya Kantemirova @ComilfoDecor @ComilfoFlowers

Кинопродюсор: Marina Sandugey-Shyshkina

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.