» Стоит ли пугаться арктической стратегии Китая?

Стoит ли пугaться aрктичeскoй стрaтeгии Китaя?

Пeрeвoд стaтьи o рoли Китaя в oсвoeнии Aрктики.

Пo мeрe
тoгo, кaк Aрктикa стaнoвится всe бoлee дoступнoй вслeдствиe
климaтичeскиx измeнeний, a шaнсы нa испoльзoвaниe бoлee кoрoткoгo
aрктичeскoгo мoрскoгo пути и aктивнoй рaзрaбoтки зaлeжeй пoлeзныx
искoпaeмыx в рeгиoнe увeличивaются, aрктичeскиe гoсудaрствa, и нeкoтoрыe
другиe, нaчинaют всe с бoльшим интeрeсoм пoглядывaть нa сeвeр.

В
данном контексте Арктику нередко представляют как регион, который,
несмотря на свою удаленность, просто обречен на то, чтобы стать частью
«войны за ресурсы». Вступление же в игру внешних игроков, в том числе
Индии и Китая, кардинально меняет прежние представления о мире и
стабильности в регионе. Сторонники такого видения полагают, что
азиатские гиганты в своем соперничестве за обладание ресурсами рано или
поздно подвергнут сомнению законность притязаний арктических стран на
главенствующую роль в управлении регионом. Что же нам следует ожидать от
Китая, обращая свой взор в будущее, какую его роль в Арктике мы можем
предвидеть уже сейчас?

В настоящее время Китай является наиболее
активным внешним игроком, оправдывающим участие неарктических государств
в освоении региона. В основе такой позиции Китая лежит оценка им
Арктики как региона, вовлеченного в ряд важных глобальных политических,
экономических и экологических процессов, оказывающих влияние на
международную систему, в том числе и за пределами арктической зоны. При
этом у Китая имеются желание и ресурсы для того, чтобы выполнять роль
активного инвестора в научной, экономической и политической областях
освоения Арктики.

Формально официальной арктической политики Китая
не существует, поскольку в рамках широкой внешнеполитической стратегии
страны арктический регион пока не имеет большого значения. Арктика
скорее представляет для Китая интерес с точки зрения долгосрочной
перспективы. Однако китайские лидеры уже приступили к формулированию
региональной стратегии. Ученые, военные и средства массовой информации в
Китае также стали высказываться все более определенно на тему Арктики.

Пекин
хотя и медленно, но вполне зримо выстраивает свою линию в регионе,
давая повод для разговоров о «долгой китайской арктической игре». Те,
кто разделяет данную точку зрения, полагают, что Китай стремится сделать
акцент на законности своих прав как держателя арктических акций,
стремящегося закрепиться в региональной системе управления. Преследуемая
при этом цель состоит в том, чтобы, в конечном счете, оспорить
основополагающую роль арктических стран в Арктике и их суверенные права в
этом регионе. Стремление Китая получить доступ к региональным
транспортным коммуникациям и ресурсам в настоящее время проявляется
через его политическое и экономическое маневрирование. В то же время
некоторые обозреватели полагают, что Китай в будущем может начать
действовать более агрессивно, и не исключают возможного китайского
военного базирования на Севере.

Предположения такого рода носят в
основном умозрительный характер, и, в большинстве своем, игнорируют
процессы, приведшие Китай к его нынешним арктическим устремлениям. В
аргументации не дается объяснения того, почему Китай представляет собой
угрозу региону и что это собственно за угроза. Вместо ответов на эти
вопросы мы наблюдаем излишне упрощенное видение «напористого Китая», в
настоящее время доминирующее в аналитических оценках китайской внешней
политики со стороны Запада.

Не подлежит сомнению то, что Китай
активно пытается изменить динамику распределения власти в Восточной
Азии. Однако было бы сейчас преждевременным говорить о каких-то
ревизионистских вызовах для международной системы с его стороны, о
существенном изменении внешнеполитических обязательств Пекина во всем
мире, в том числе в Арктике.

Обязательства Китая в этом регионе
преимущественно связаны с научными проектами, направленными на развитие
сотрудничества со многими арктическими странами. Цель такого партнерства
– это, прежде всего, продвижение исследований, связанных с климатом и
окружающей средой. Некоторые аналитики поспешили увидеть в этих научных
изысканиях дымовую завесу, скрывающую совсем иные цели, политические в
первую очередь. Возможно, они и правы, но все же не следует сбрасывать
со счетов то обстоятельство, что в настоящее время Китай действительно
имеет дело с вызовами, которые связаны с серьезными изменениями климата и
окружающей среды. Эти вызовы в значительной степени служат мотивацией
международной научной работы Китая, в том числе его усилий в области
изучения климата.

Приоритетными для Китая регионами с точки зрения
ресурсных приобретений по-прежнему остаются Центральная Азия, Ближний
Восток и Африка. Что касается арктических государств, в частности
Скандинавии, то их совместные с Китаем ресурсные проекты гораздо более
скромны, хотя и с ними связаны определенные проблемы. Гренландия, к
примеру, серьезно обеспокоена в связи с угрозой возможного китайского
доминирования в собственной экономике. Китай также вторгся на
энергетические рынки Канады и России (последняя после аннексии Крыма
испытывает острую нехватку финансовых ресурсов и партнеров для
ресурсного освоения Арктики).

Несмотря на определенные опасения,
способность Китая и его желание осуществлять значительные инвестиции в
развитие арктического региона, которые, возможно, только спустя
десятилетия смогут принести доходы, несомненно, являются наиболее важным
мотивирующим фактором, подталкивающим арктических пайщиков к
сотрудничеству с Пекином.

Китай энергично стремится к участию в
региональных управленческих мероприятиях, а также к обретению положения
законного и вполне безопасного арктического акционера. В 2013 году,
после двух предыдущих неудачных попыток Пекин (наряду с рядом других
азиатских стран) наконец-то получил статус постоянного наблюдателя в
Арктическом Совете.

Одно из основных условий получения такого
статуса для Китая и других заявителей было согласие с критериями
декларации, подписанной в Нууке, Гренландия. Речь, в частности, шла о
признании ведущей роли и ответственности арктических государств в
региональных делах, а также их суверенитета и суверенных прав; признании
Конвенции ООН по морскому праву в качестве законодательного механизма,
регулирующего региональные вопросы. Это позволило значительно уменьшить
опасения, связанные с активизацией китайского присутствия в регионе.

Вопреки
попыткам представить Китай в роли напористого энергичного аутсайдера,
Пекин в действительности придерживается общепринятых рамок. Несмотря на
различия между ним и некоторыми другими участниками освоения Арктики в
области притязаний на расширение морской зоны ответственности, до сих
пор едва ли возникали какие-либо веские основания для того, чтобы
упрекать Китай в росте региональной агрессивности.

В конечном
счете, интересы Китая в Арктике совершенно не противоречат его более
широким внешнеполитическим целям диверсификации поставщиков энергии и
ресурсов, обеспечения торговых маршрутов для свободного коммерческого
трафика и большей активности в глобальном и региональном управлении.

Все
это вполне отвечает интересам Китая как растущей сверхдержавы с
соответствующим статусом. И все же без формальной арктической политики
неуверенность в отношении намерений Пекина в регионе будет сохраняться, а
в обсуждениях региональной активности растущей сверхдержавы будут
периодически звучать тревожные ноты, мешая объективному анализу того,
чем Пекин реально занят в регионе.

16 марта 2016г.

Автор статьи независимый канадский исследователь Адам П. Макдональд

Источник: EASTASIAFORUM

Ino-News

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.